Я проснулась до рассвета от запаха хлеба и влажного воздуха кухни; на столе — чашка с тёмным чаем, на двери — следы детских пальцев, а в груди — привычное легкое напряжение, будто кто-то наложил ладонь на середину грудной клетки и чуть прижал. Оно почти не мешает, но присутствует — крошечная, постоянная пауза в конце выдоха, как маленький камешек, застрявший в обуви. Я потянулась, ощутила, как ребра едва шевельнулись под руками, как в пазухах появилось знакомое тепло, и поняла, что это не просто дыхательная привычка: это способ переживать мир, старый костюм, в который я научилась вмещаться.
Такие мелочи — едва заметные задержки на выдохе — накапливаются годами. Они прячутся в голосе, в походке, в умении принимать или отвергать прикосновения. Они часто